1.        Айшаев О. О. Геноцид мирных жителей балкарских сел ноябрь–декабрь 1942 г. Обл. 44 с. 1000 экз.

2.        Актуальные проблемы управления, экономикой, обществом и государством. Обл. 184 с. 100 экз.

3.        Алагиров Ч. А. История рода Алагировых. Обл. 48 с. 100 экз.

4.        Анализ деятельности коммерческого банка: Учебно-методический комплекс. Обл. 152 с. 200 экз.

5.        Апеков А. В. Финансовый менеджмент банка. Обл. 48 с. 100 экз.

6.        Апеков А. В., Тохова А. А. Сборник тестов по курсу финансы, кредит, банки. Обл.  52 с. 200 экз.

7.        Аудит в банках: Учебно-методический комплекс. Обл. 124 с. 200 экз.

8.        Ахматова М. Что в сердце моем… Стихи. Обл.  80 с. 100 экз.

9.        Ахметов М. Б. Адыгские амазонки. Роман. Пер. 236 с. 2000 экз.

10.        Ахохова Е. А. Семиотика и лингвистика. Библиотека СКГИИ. Обл. 44 с. 100 экз.

11.        Ашуров Э. М. США: вступая в XXI век. Обл. 96 с. 100 экз.

12.        Бакова З. Х. Алим Кешоков и современный литературный процесс. Обл.  60 с. 100 экз.

13.        Бакова З. Х. Научные основы школьного курса: Кабардинская литература. Обл. 68 с. 100 экз.

14.        Бакова З. Х. Си хэку – си лъахэ. (на кабард. языке). Обл. 48 с. 100 экз.

15.        Балкария: страницы прошлого. Вып. IV. Обл. 80 с. 200 экз.

16.        Балкария: страницы прошлого. Вып. V. Обл. 84 с. 200 экз.

17.        Беппаев М. Повелитель гор. Стихи. Пер. 168 с. 100 экз.

18.        Бжеумыхов В. С., Токбаев М. М. Кормовые травы: особенности возделывания и использования

             в кормопроизводстве. Обл. 154 с. 100 экз.

19.        Борисов А. В. Анатомия лимфангиона. Пер. 296 с. 300 экз.

20.        Бурда Э. В. Майский. Серия «Города и селения КБР: история малой родины». Пер. 220 с. 300 экз.

21.        Гадиева З. Малкъкаргъа жырым. (на балк. языке). Обл. 32 с. 100 экз.

22.        Гелястанова Т. С. Паронимы в карачаево-балкарском языке. Обл. 144 с. 100 экз.

23.        Гешева М. В. Оптимизация инвестиционной деятельности в АПК. Обл. 104 с. 100 экз.

24.        Двуреченский В. Н. Розовое шоссе. CANYON. Пьесы. Обл.  72 с. 200 экз.

25.        Двуреченский В. Н. Святые аномалии. Пьесы. Обл. 56 с. 200 экз.

26.        Жеруков Б. Х., Агзагов Н. М., Закураев А. Ф., Хаширов Ю. М., Каскулов М. Х. Методология проектирования грузопассажирского

            надземного универсального трубопроводного скоростного транспорта. Пер. 276 с. 100 экз.

27.        Живая связь времен: декоративно-прикладное искусство КБР. Фотоальбом. Пер. 192 с. 1500 экз.

28.        Жизнь без меня не обошлась: Вспоминая Мустафу Конакова. Сост. В. Н. Котляров. 220 с. 800 экз.

29.        Жиругов Р. Т. Земельная собственность в КБР. Пер. 432 с. 550 экз.

30.        Заурби из рода Назрановых. Пер. 56 с. 250 экз.

31.        Захаров В. А. Дуэль и смерть поручика Лермонтова. Пер. 536 с. 1000 экз.

32.        Зеленый театр: 50 лет. Буклет. Обл. 16 с.1000 экз.

33.        Использование остаточных знаний студентов и межпредметных связей для закрепления опорных знаний, полученных в средних

             профессиональных учебных заведениях в процессе продолжения обучения в вузе. Обл. 184 с. 200 экз.

34.        История многовекового содружества: к 450-летию добровольного вхождения кабардино-балкарии в состав Российского государства. Пер. 720 с. 4 500 экз.

35.        Кавказ: Географические названия и объекты. Серийное издание. Выпуск 2. Пер. 336 с. 1000 экз.

36.        Каникулы без скуки: методическое пособие. Сост. Золотарева И. С. Обл. 124 с. 100 экз.

37.        Карамурзова Ф. М.  Графика, живопись. Альбом. Пер. 108 с. 500 экз.

38.        Каталог экскурсий: Туристическая фирма «Лайт». Обл. 38 с. 1000 экз.

39.        Комплект плакатов. 1557–2007. К 450-летию добровольного вхождения Кабардино-Балкарии в состав Российского государства.

            16 плакатов в упаковке. 1000 экз.

40.        Коран на трех языках с параллельными текстами. Переводчики В.Порохова, К.Эльгаров. Пер. 744 с. 10 000 экз.

41.        Котляров В. Н. …И кто любил нас: Памяти Валерия Докшокова. Обл. 12 с. 100 экз.

42.        Котляров В. Н. Слово, защищающее и созидающее. О журналисте Али Казиханове. Обл. 28 с. 200 экз.

43.        Котляровы М. А. и В. Н. Кабардино-Балкария – жемчужина Кавказа. Подарочное издание. Пер. 552 с.+ 168 с. ил. 1000 экз.

44.        Котляровы М. А. и В. Н. Кабардино-Балкария: Исторические экскурсии. Обл. 80 с. 200 экз.

45.        Котляровы М. А. и В. Н. Кабардино-Балкария: Обычаи и традиции. Обл. 60 с. 200 экз.

46.        Котляровы М. А. и В. Н. Кабардино-Балкария: Одежда и быт. Обл. 76 с. 200 экз.

47.        Котляровы М. А. и В. Н. Нальчик и его окрестности. Фотоальбом. Пер. 160 с. 2000 экз.

48.        Куянцев И. А., Жерукова А. Б. Инвестиции: ресурсы, механизм, политика. Пер. 260 с. 300 экз.

49.        Куянцев И. А., Шхагапсоев З. Л. Концепатуальные вопросы формирования системы экономической безопасности в современной России. Пер. 312 с. 300 экз.

50.        Мазаева Т. А. Инновация в этнокультурной среде. Пер. 188 с. 200 экз.

51.        Мазаева Т. А. Этнокультурная инновационность. Пер. 128 с. 200 экз.

52.        Мальбахов Т. К. Эпоха борьбы и созидания: Речи, статьи. Пер. 424 с. 100 экз.

53.        Мамхегов Э. Царь Кавказа. Пер. 154 с. 1000 экз.

54.        Мамхегова Р. А. Методика интенсивного обучения русскому языку как неродному. Пер. 264 с. 300 экз.

55.        Мечиев Х. А. Ачыкълыкъ. (на балк. языке). Стихи. Пер. 224 с. 200 экз.

56.        Мечиев Х. А. Отблеск огня. Стихи. Пер. 232 с. 200 экз.

57.        Мечиев Х. А. У кромки дня. Стихи. Пер.  236 с. 200 экз.

58.        Нагоев Б. С., Сабанчиева Ж. Х. Вич-инфекция: клинико-цитохимические и патогенные аспекты. Обл. 168 с. 100  экз.

59.        Накова З. Н. Поговорим – изменимся. Обл. 112 с. 100 экз.

60.        Нелокальные краевые задачи и проблемы современного анализа и информатики: Материалы V  школы молодых ученых. Обл. 156 с. 100 экз.

61.        Парадигма судьбы в контексте романа: к 60-летию Ю. Тхагазитова. Сост. В. Н. Котляров. Пер. 208 с. 500 экз.

62.        Петров Д. Настольная книга сетевого лидера. Пер. 106 с. 1000 экз.

63.        Пивоваров Ю. Л. Россия и мировая урбанизация. Пер. 336 с. 100 экз.

64.        Сабанчиев А. Х. Развитие и эффективность крестьянских (фермерских) хозяйств в аграрном секторе региона. Обл. 112 с. 100 экз.

65.        Слово, защищающее и созидающее: Штрихи к портрету журналиста Али Казиханова. Обл. 28 с. 200 экз.

66.        Солдат чести и достоинства: Вспоминая Х. М. Вологирова. Составитель В.Н.Котляров. Пер. 188 с. + 16 с. вкл. 1000 экз.

67.        Социокультурные проблемы Кавказского региона в контексте глобализации: Материалы всероссийской конференции. Обл. 256 с. 200 экз.

68.        Строительный комплекс КБР 2007: итоги и перспективы. Буклет. Обл. 28 с. 1000 экз.

69.        Таппасханова Е. О., Галачиева С. В., Махошева С. А. Маркетинговые аспекты управления индустрией культурно-развлекательных и

             досугово-рекреационных услуг. Пер. 136 с. 100 экз.

70.        Творческое наследие К. Ш. Кулиева и современность. Обл. 200 с. 100 экз.

71.        Темирсултанова Л. А. Приоритетные направления восстановления и развития сельского хозяйства в  ЧР. Обл. 124 с. 100  экз.

72.        Темукуев Т. Б. Энергетические методы оценки себестоимости тепловой и электроэнергии. Обл.  84 с. 100 экз.

73.        Тенгизова Ж. А. Гражданский процесс. Обл. 100 с. 100 экз.

74.        Тимишева М. А.-А., Хамтуев А. К. Деньги, кредит, банки. Обл. 136 с. 100 экз.

75.        Туменова С. А., Туменов М. В. Рекреационно-туристические зоны: Методические и организационные основы. Оценка потенциала и приоритеты

             развития. Стратегия управления. Пер. 136 с. 100 экз.

76.        Уначев С. Г. Тлостановская энергия. Обл. 32 с. 100 экз.

77.        Хакулов М. Х. Преступления, посягающие на свободу и добросовестность конкуренции в сфере предпринимательской деятельности. Пер. 288 с. 100 экз.

78.        Хамдохова О. А. Криминальные истории. Пер. 188 с. 100 экз.

79.        Хочуев В. А. Налоговое администрирование. Пер. 316 с. 300 экз.

80.        Хуштов Ю. Б.  Пути дороги рода Хуштовых. Пер. 144 с. 700 экз.

81.        Хуштов Ю. Б. Целебные свойства плодово-ягодных, овощных и иных культур, произрастающих на территории КБР. Обл.  200 с. 100 экз.

82.        ХьэцIыIу Р. А. Адыгэ псалъэ. 5 кл. Обл. 88 с. 100 экз.

83.        Цимбалов И. А. А что человеку надо? Стихи. 2-е издание, дополненное. Обл. 112 с. 100 экз.

84.        Шаваева М. О. Культура повседневности. Библиотека СКГИИ. Обл. 24 с. 100 экз.

85.        Шипилов В. И., Кузьмина С. В. История милиции Кабардино-Балкарии. Пер. 376 с. 500 экз.

86.        Шогенов А. Х. Основы компьютерной электроники. Обл. 68 с. 100 экз.

87.        Шогенова Ф. А. Этнические традиции в нравственной культуре адыгов. Обл. 140 с. 200 экз.

88.        Шоджэн Леонид. Нэхунэ цIыкIухэр. (на кабард. языке). Светлячок. Детские стихи. 104 с. 1500 экз.

89.        Шулига Т. Ф. О том, что вижу, чем дышу. 2-е издание. Стихи. Обл. 116 с. 200 экз.

90.        Шхагапсоев З. Л., Берова Д. М. Гражданский иск в уголовном деле. Обл. 160 с. 100 экз.

91.        Шхагапсоев С. Х., Тхазаплижев Л. Х. Экология подснежников Кабардино-Балкарии. Пер. 152 с. 300 экз.

92.        Эльбрусское притяжение. Вып. 2. Пер. 196 с. 1000 экз.

93.        Энеева Л. А. Особенности воспитания учащихся в национальных школах. Обл. 140 с. 100 экз.

Периодические издания:

Бюллетень Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики и Управления судебного департамента в Кабардино-Балкарской Республике.

Выходит 4 раза в год. Обл. Тираж 200 экз.

Бюллетень № 1. 48 с.

Бюллетень № 2. 64 с.

Бюллетень № 3. 52 с..

Бюллетень № 4. 80 с.

       …Эпизод, с которого мы начнем разговор, сам по себе как будто частный, хотя имеет к нашему герою самое прямое отношение – но вовсе не как материал из творческого портфеля, и даже не как показатель его журналистского кредо, а скорее свидетельство более глубокого таланта – умения заметить такие явления в жизни общества, которые в скором времени будут определять его развитие. Именно поэтому рассказанная ниже история столь детализирована.

       …Было это как будто не так давно – в конце восьмидесятых годов прошлого века, менее двух десятилетий назад, но в прошедшее время вместилось столько всего, что сегодня многие, особенно молодые люди не поверят – описываемое не фантастический вымысел, а реалии с конкретными лицами и поступками.        Но начнем по порядку…

       Почувствовав ветер перестройки, слабые дуновения которого ощущались в 1987 году и в Кабардино-Балкарии, некий имярек, в то время работник высшего республиканского органа народовластия, причем непосредственно подчинявшийся лишь одному лицу – первому, решил, что критиковать можно и старших товарищей, если есть за что. А ведь право было за что! Выступил с подобной критикой на партийном собрании, причем закамуфлировал ее в одежды ерничества, в другой раз на – аттестации – посчитал возможным проверить интеллектуальный уровень руководства, задав вопросы не по теме – что-то связанное с литературой. Но кто из советских работников высшего звена читал классиков, да и нужно ли это было им?

       Одним словом, вопрос, адресованный весьма важной персоне в республиканской иерархии, вопрос на который мог бы дать ответ даже школьник, тревожно повис в воздухе и завершился конфузливым молчанием. Дальше – больше. Имярек вошел во вкус и не оставил камня на камне от школьного багажа власть советодержащих, если позволительно так будет высказаться в адрес руководителей почивших в бозе советов народных депутатов. Выслушали, сказали спасибо, а в кабинете председателя мягко, но твердо было указано – не надо переносить в высший орган государственной власти стиль и методы работы газеты, откуда и пришел имярек, просвещай читателей, но не тех, кто обеспечивает четкость и слаженность всех звеньев механизма осуществления государственной власти.

       Поступил совет-предупреждение и снизу: «Не зарывайся, не простят!». Не послушался – зарылся, зарвался, не осознал. Понятно – не простили. Предложили другую должность, вернее три – на выбор. Выбрал – ушел. Но не забыли: спустя несколько месяцев наш имярек был обвинен – крепче стойте на ногах! – в хищении 178 листов газетной бумаги на сумму 2 рубля 14 копеек с целью …напечатания дополнительных бюллетеней и срыва избирательной компании. Большего маразма (дело-то, напомним, происходило спустя ровно полвека после 1937 года!) трудно представить, тем не менее, все облекли в законную форму – провели партийное расследование, последовала прокурорская проверка, сфабрикованное дело передали в суд, который – вот неожиданность! – прекратил его. Но решение это опротестовала республиканская прокуратура, снова состоялся суд, который и обосновал: было-таки административное правонарушение.

       Дело дошло до Москвы – его рассматривали в Генеральной прокуратуре СССР, именно о нем писал один из ведущих советских правоведов Макс Хазин: «Гарантирую – ни в какой глухомани, будь то забытый богом южный поселок, затерянный в песках кишлак или горный аул – двухрублевые кражи, тем более недоказанные, прокуратура не расследует. Такое могло случиться лишь там, где начисто забыли о профессиональном достоинстве (или никогда не знали?), о процессуальной самостоятельности и независимости от местных влияний».

       Нашему имяреку в республике сочувствовали многие, но попытался помочь только один человек – собственный корреспондент газеты «Известия» по Северному Кавказу Али Казиханов, той самой газеты, которая и являлась главным органом совнардепов. Услышав об этой удивительной истории, собкор не обещал пострадавшему содействия, он не разглагольствовал о цеховой солидарности и не жал руку «мол, держись», а просто провел журналистское расследование, ознакомился с материалами так называемого дела, опросил всех его организаторов и участников и установил истину. Ее он изложил в материале «Двухрублевое преступление», где объяснил, почему этим вопросом занимались прокуратуры автономной республики и РСФСР, народный и Верховный суды, министерство юстиции… Собкор назвал это явление охотой на ведьм, «чрезвычайно важной особенностью которой является то, что охотники за ведьмами совершенно не нуждаются в том, чтобы их обвинения были правдоподобными. Здесь уже решают не правдоподобие объяснений, не их связь с реальными фактами, а масса наговоренного, энергия, с которой заводят друг друга охотники».

       И вот к каким выводам пришел Али Казиханов: «Охота за ведьмами не является нашим отечественным изобретением. Вероятно, есть нечто такое в природе человека, что заставляет его вместе с другими преследовать себе подобного. Обычно это приходится на какие-то пики общественной безнравственности. То, что переводится на юридический язык как принцип презумпции невиновности, то в человеческом обществе носит другое, не связанное с латынью, название – это доверие, доброжелательность, желание видеть в окружающих прежде всего честных людей. И даже тогда, когда факты становятся неопровержимыми, убеждая тебя в обратном, ты неохотно, с горечью, с сожалением, страдая в душе присоединишься к числу тех, кто говорит: да, этот человек совершил преступление... Так должно быть в любом нормальном обществе. Однако в нас воспитывалось, живет иное, неистребимое стадное чувство преследования. Мы не думаем о том, что завтра можем оказаться на месте преследуемого.

       Есть ли в нашем обществе механизм, который этому препятствует? Обычно мы обращаемся за поддержкой к коллективу. Но об этом легко говорить, когда погоня еще не началась. В процессе же погони существуют только два понятия: убегающий и догоняющий. Догоняющие хотят догнать, и растерзать, а, потом, возможно, задуматься над тем: того ли они догоняли... У преследуемого одна задача – оторваться от преследователей, чтобы потом можно было бы каким-то образом объяснить свою невиновность, непричастность... Сам по себе процесс погони, который совсем недавно называли «разоблачением вредителей и врагов народа», а сегодня – «персональными делами» и другими подобными терминами, не только не предусматривает, но и решительно отбрасывает доброжелательство, доверие, сострадание...».

       Тем самым, журналистское обобщение выводило материал на совершенно новый уровень – от частного к общему, а вернее сказать подводило к тому, что общество наше больно, причем столь серьезно, что одними припарками да компрессами недуг не излечишь, только внутрь загонишь. Для устранения болезни нужны кардинальные меры, скальпель хирурга, который безжалостно отсечет прогнившие ветви власти.

       Перестройка, напомним, только набирала обороты, и власти еще не были готовы применить на практике подобные рецепты. Эта ли причина повлияла, или усиленная активность местных руководящих товарищей, не желавших быть выставленными на посмешище всей страны, а скорее то и другое вместе взятое, но материал так и не был напечатан. Хотя сам факт его написания сыграл свою роль – нашего имярека оставили в покое.

       …Вторая половина семидесятых, с которых и началась деятельность Али Казиханова в качестве собственного корреспондента газеты «Известия» по Северному Кавказу, это период махрового застоя, тотальной власти номенклатуры, единодушия и подобострастия, когда у рядового гражданина, попавшего в маховик репрессивного аппарата, была только одна возможность защитить свои честь и достоинство – обратиться за помощью в центральные средства массовой информации. Которые тогда, впрочем, как и сегодня, вовсе не являлись четвертой властью, но могли привлечь внимание  общественности к какому-то конкретному случаю, судьбе и тем самым способствовать торжеству справедливости на отдельном участке социалистического строительства. Люди, не находя поддержки у бюрократического аппарата на местах, ехали в Москву, оббивали пороги газет и журналов, стремясь донести свою боль, выплеснуть ее, дабы справедливость восторжествовала. Но далеко не каждому такие вояжи были под силу.

       А тут такая возможность – в 1978 году в Нальчике, столице Кабардино-Балкарии, корреспондентский пункт газеты «Известия» по Северному Кавказу возглавляет молодой – только исполнилось тридцать лет! – легкий на подъем, дотошливый, принципиальный, а главное бесстрашный журналист Али Казиханов. За его плечами не только пять лет работы в газете «Дагестанская правда», но и два года собственным корреспондентом газеты «Известия» по Дальнему Востоку, ряд публикаций, вызвавших широкий резонанс далеко за пределами региона, ибо поднятые в них проблемы были типичны для Союза в целом.

       Именно такой журналист – с одной стороны хваткий, дерзкий, с другой – хорошо знакомый с кавказским менталитетом (Али родился в Дагестане, по национальности кумык) и местной спецификой, тесно замешанной на родственных связях и круговой поруке, был нужен газете. Вот почему выбор пал на Казиханова.

       И с первых дней работы нового собкора к нему началось настоящее паломничество. Люди шли с бедами, обидами, болью и горечью. Шли за помощью и защитой. Шли с надеждой и верой. Какую помощь им мог оказать журналист? Защитить незаслуженно наказанных, обойденных, оболганных – местной властью, коллективом, различными органами, обнародовав эти частные истории поломанных судеб? Да, задача журналиста и в этом. Но в большей, куда в большей степени – вскрыть корни не частного факта, а явления – характерного для общества, пустившего в нем глубокие корни, разъедающего его нравственные основы. Именно так понимал свою задачу журналистский коллектив «Известий», газеты, которой было позволено чуть больше, чем другим союзным средствам массовой информации. Как во времена хрущевского зятя Аджубея в конце пятидесятых начале шестидесятых годов прошлого века, так и в последующем. Напомним, что именно в эти годы в «Известиях» работали такие журналистские зубры, как Татьяна Тэсс, Анатолий Аграновский, Эдвин Полянский, материалы которых становились событием общественной жизни, по ним принимались решения высших партийных и государственных органов союзных республик, страны в целом.

Именно этот путь – журналистского беспристрастного расследования, глубокого вскапывания, анализа причин и следствий, аналитического похода выбрал молодой журналист Али Казиханов. Помимо многочисленных корреспонденций и заметок на страницах газеты в эти годы один за другим появляются его проблемные материалы из Дагестана, Чечено-Ингушетии, Северной Осетии, Кабардино-Балкарии, названия которых говорят сами за себя: «Самосуд», «Стрельба в спину», «Поменявший кожу», «Тайна двух актов», «На весах Фемиды», «Стряпчие семейной кухни», «Как шило в мешке таили».

       Последний из них – о приписках на одном из дагестанских предприятий, где собкор выступил в защиту человека, не желавшего жить как все, не высовываться, мириться с недостатками. В материале – а это солидный двухполосный подвал – Казиханов покусился на одну из основополагающих догм социализма – роль коллектива, который в советском обществе оказывался всегда прав и руками которого (вспомним материал, с которого мы и начали свой рассказ) творилось немало грязного и подлого. В отличие от настоящего коллектива, сплоченного целью и интересами, поставленными на службу общества, вынужден, что понятно, оговариваться корреспондент, на некоторых предприятиях (дагестанский из их числа) сложились коллективы, представляющие из себя  «общества лиц, спаянных круговой порукой».

       «Как разорвать этот круг? – размышляет корреспондент, – Многие, с кем беседовал я с глазу на глаз на заводе, поддерживают моего героя в его стремлении доказать преступление. Но открыто не выступают, предпочитают отмолчаться, остаться в стороне, дескать, все бесполезно: директора поддерживают в городе и в министерстве. И приводят доводы. Пытались вначале протестовать против неправильного увольнения главного инженера: 12 человек подписали телеграмму в союзное министерство. Разъяснение возмутившимся давал сам директор, который и отправил в Москву успокоительную телеграмму: «Обстановка в коллективе нормализована и направление на завод комиссии считаем нецелесообразным». В столице поверили. Только впоследствии не выяснили: почему больше половины из подписавших телеграмму сегодня на заводе уже не работают. Сами ушли или?.. Подписавшие же письмо «против» нашего героя остались. Все работают. Они – коллектив. Сила. Спаянный круг».

       Но и публикация статьи не принесла ожидаемого результата. У заводского руководства нашлись защитники как в Дагестане, так и в Москве. Собкор вынужден вновь вернуться к затронутой теме, адресуя через газету претензии уже к советским небожителям: «Министерство выдает заводу союзную премию! За какие это достижения, ведь завод по-прежнему работает ниже плановых возможностей? Что это – чья-то небрежность или попытка представить ошибочным выступление «Известий»? Теперь мы уверены: второе. Группу лиц, творящих безобразия на предприятии, упорно защищают и в Москве и в Дагестане. Выступление «Известий» вызвало не желание изменить положение дел на заводе, а наоборот, раздражение у руководящих работников. Ответ Дагестанского обкома партии – это просто отписка: дескать, в статье все верно, но на заводе уже все налажено. Мало чем отличается от него и ответ прокуратуры. Три года тянула прокуратура республики сначала надзорное, а после вмешательства «Известий», уголовное дело по заводу. Три тома документов  собрали, а никак не могли решить: есть ли в деле состав преступления или нет. До абсурда доходило порой. Требовалось допросить свидетелей в городе, что в часе езды от Махачкалы, но собирались туда прокурорские работники целый месяц…».

       Понимал ли Али Казиханов на что он замахивается, с кем вступает в бой, неравный бой? И название затронутого министерства здесь вовсе не суть. Речь идет о силах, которые в обществе развитого социализма были практически неподвластны критике, которые даже если не правы никогда не признают своей неправоты, ибо олицетворяют саму систему, незыблемую и вечную, как многим в тот момент казалось, а следовательно не нуждающуюся в реформировании, что и подразумевают критические стрелы.

       Осознавал ли Али Казиханов, что система, вернее затронутые им ее представители обязательно ответят покусившемуся на ее незыблемость, возможно, не сразу, но ответят? Сегодня он отвечает на эти вопросы утвердительно, но на наш взгляд в те годы несколько недооценивал свои возможности. Да, за ним был авторитет одной из ведущих газет страны, да, у него уже было имя бесстрашного журналиста, но всякий авторитет имеет пределы своего влияния, как и самого смелого можно если не устрашить, то подставить, организовать компромат…

       В те годы автор этих строк работал в Доме Советов и из окна своего кабинета видел, как черная «Волга» собкора «Известий» подъезжала к боковому входу главного здания республики, к тому самому входу, где дозволено было останавливаться машинам лишь первых лиц Кабардино-Балкарии – секретарям обкома партии да председателя президиума Верховного совета. Как стремительно выходил из нее молодой журналист, которого не заставляли ждать в приемных и который был на равных с руководящей элитой автономии. Мало того, позволял критиковать и (!) поучать эту самую элиту.

       В те годы имя Али Казиханова гремело на всю КБАССР, где располагался его корпункт, да и на весь Северный Кавказ без преувеличения. Ибо в отличие от других собкоров – «Правды», «Советской России», ТАСС он на все имел свою точку зрения и не боялся отстаивать ее невзирая на личности. Для него не имела значения должность, пусть даже одна из самых высоких в республиканской иерархии, если речь шла об унижении честного человека.

       Так в газете «Известия» появляется материал «Тайна двух актов» в защиту одного из начальников цехов Тырныаузского вольфрамо-молибденового комбината, вставшего на пути расхитителя с весьма широкими родственными связями. Началась борьба в прямом смысле не на жизнь, а на смерть и как часто бывало в те времена, проиграл в ней радетель за народное добро, больше того, против него возбудили уголовное дело. Шаг за шагом прослеживает собкор всю механику фальсификаций и подлогов, выясняет подноготную расхитителя, называет имена его ходатаев и защитников, а среди них – высокопоставленные работники правоохранительных органов республики, лица, занимающие руководящие должности в правоохранительных органах. Именно из-за наличия последних руководство комбината избрало страусиную позицию, осуждая которую корреспондент сразу расставляет все точки над «и»: «Я преднамеренно сразу и без оговорок показываю читателю, где добро, а где зло. Так же четко и однозначно все обозначилось в жизни: есть молодой руководитель, который готов ему помогать; а есть люди, готовые хоть топором, хоть пером воспрепятствовать порядку. Казалось бы, у руководства был единственный  выход – избавиться от тех, кто мешает делу, не гнушаясь при этом ни подметными письмами, ни откровенной клеветой. Но здесь решили примирить непримиримое: посоветовали обоим перестать жаловаться друг на друга. И вновь письма, комиссии, проверки...».

       И далее: «В нашей истории не было борьбы мнений. Не было вообще никакой борьбы. Нового начальника попросту у всех на виду избивали. Как же могли руководители комбината бросить на произвол судьбы человека, которому они же и поручили навести порядок на производстве? Почему месяцами безучастно взирали на то, как его травили – нагло, цинично, не брезгуя никакими способами? Чего ждали?». И дается ответ на поставленный вопрос. Он в личности расхитителя, его корыстолюбии, амбициях, связях и возможностях: «Какими же чарами брал наш антигерой, если на виду у всех обделывал свои делишки и при этом чувствовал себя в полной безопасности? О таких, как он с некоторых пор стали иронически говорить «деловой». Они умны и хватки. Умеют и начальству угодить, и при скромной зарплате ухитряются «наскрести» на два дома, а чтобы не поймали за руку, не забудут фиктивно развестись с женой и перетащить в ее дом все «нажитое»: к ней-то с обыском не нагрянут, она «чужой» человек, хотя и готовит, стирает и встречает гостей «бывшего» мужа». И самый главный вывод корреспондента: «Подлость, она тоже инициативна – не ждет событий, а создает их и, как ни странно, обрастает вольными или невольными сподвижниками. Вот почему так важно всем нам – и людям, причастным к этой истории, и тем, кто пусть в иных, не столь уродливых формах, но все же сталкивается с разного рода дельцами, которые пуще огня боятся порядка и готовы на любую подлость ради своих корыстных интересов,– сделать правильные выводы из этой истории».

       В этом частном по сути материале журналист Али Казиханов прозорливо отразил черты явления, которое уже в скором времени перейдет на другой уровень – станет неотъемлемой частью сознания большинства советских людей оказавшихся лишенными как общественных ориентиров, так и нравственной составляющей, определяющей ценность личности. В то же время назвав конкретные имена как расхитителя (кстати, осужденного к лишению свободы) так и его защитников журналист вызвал огонь на себя. Помнится министр внутренних дел республики, человек умный, интеллигентный, широкообразованный (каково сочетание для руководителя правоохранительных органов!) Владимир Александрович Бондаренко показывал мне письмо об угрозах родственников осужденного в адрес Али Казиханова.

       Впрочем, без таких угроз не обходилось практически ни одно из критических выступлений на страницах газеты ее северокавказского собкора, коих было не единицы, не десятки, а сотни.  Целую лавину опровержений вызвала, например, статья «Вуз на каждом перекрестке», речь в которой шла опять же о фактах и событиях, имеющих наличие по месту проживания собкора. Впрочем, само название статьи говорит о сути поднятой проблемы – излишней вузализации, выразимся так, некоторых республик региона. Статья подверглась критике на пленуме областного комитета партии, собкора прямо обвинили в отсутствии патриотизма, нелюбви к местным народам. Впрочем, процитируем одно из выступлений: «Не могу не сказать о корреспондентах центральных газет, аккредитованных в Кабардино-Балкарии. Являясь корреспондентами центральной печати, жить по много лет среди народов республики и не суметь сказать в центральной прессе добрые слова по национальным проблемам совершенно необъяснимо и вызывает огорчение. Напротив, своими несуразными публикациями отдельные из них не раз доставляли нам боль и сожаление. Подумать только какие хлесткие названия они дают своим публикациям – «Вуз на каждом перекрестке». Для корреспондента Казиханова ... наша республика является всего-навсего перекрестком, а для нас она – Родина. Каждое прибавление в ней нас радует и даже небольшие потери для нас горе и боль. Достойно сожаления, что такое чувство не понять... корреспондентам... Мы написали в «Известия» о неэтичности автора и политической близорукости самих публикаций, они не содействуют совершенствованию межнациональных отношений, а напротив создают отчужденность между республиками...». Вот так, не больше и не меньше.

       Чем ответил на этот пассаж Али Казиханов? Статьей «Стрельба в спину», в которой размышляет о том, чем вызваны подобные нападки: «Автор этого высказывания не первый и не последний, кто в республике пытается если не освободить автономию от пришлого, «не своего» собкора, так хотя бы очернить его. Были «сигналы» куда более «аргументированные», но на поверку оказавшиеся обыкновенной клеветой. Причем, одни правдолюбцы открыто признавались, что не желают, чтобы собкор критиковал административные органы, другие – трогал устоявшиеся куначеские, клановые группировки, третьи – указывал на иные кадровые и хозяйственные недостатки…

       Мне приходилось выслушивать выступления и похлещи  на митингах неформалов, когда к трибуне прорывались иные представители местной интеллигенции и разглагольствовали, манипулируя неизвестно где взятыми цифрами, о русском и инородном засилье в республике. Выступления эти шокировали своей надуманностью даже неформалов – устроителей митингов, не найдя у них поддержки и осужденные ими. Но тут ведь не митинг, а пленум, и не какой-то случайный, зараженный национализмом человек вещает, а член областного комитета партии!».

       И далее корреспондент объясняет, чем вызваны нападки на «Известия» и ее представителя – проблемой обособленности всех 13 вузов четырех автономных республик Северного Кавказа, что выпускают специалистов одного и того же профиля при острой нехватке профессионалов других профессий, о которых им же говорилось еще три года в статье «Плата за престиж». Но теперь он копает куда глубже, говоря уже не о личности руководителя конкретного учебного заведения, а о явлении, которое тот олицетворяет: «Беда нашего героя в том, что он переоценивает свои способности. С упорством, достойным уважением, достигают они своего пика – научных званий и оставляют науку, превращаясь в обыкновенных администраторов-чиновников, для которых главное – высокая зарплата, высокая должность, желательно, на всю оставшуюся жизнь. С ними нельзя обсуждать какие-то научные темы, «планов-громадье» – они не только не поддержат, но и постараются помешать внедрению идеи. Мало того, они превращаются в опасных людей, если кто-то, даже не подозревая этого, коснется их личного, потом и кровью заработанного благополучия, места в обществе. Самое страшное, что не умеющие бороться за свою правду открыто и смело, как и подобает неординарным личностям, затаив недоброе, они ждут удобного момента, чтобы расправиться с обидчиками. А дождавшись, стреляют в спину».

       И еще один вывод-заключение собкора: «После выступления на пленуме с критикой в мой адрес, многие знакомые прямо задавали вопрос: «А почему ты критикуешь нашу республику больше, чем другие, не любишь нас, получается?.. Ты же здесь живешь!» Наивность эта просто разоружала. Они же сами звонили, приходили в корпункт, чтобы поблагодарить за поднятые проблемы нехватки пастбищ для частного скота, переизбыток рабочих рук на селе, безобразиях, творимых чиновниками. А тут... Наивность хороша для детей-несмышленышей. Наивность взрослых – вещь опасная. В последнее время все чаще и чаще люди высказывают опасение увеличивающимся наплывом специалистов, а то и просто рабочих из-за пределов республик. Некогда, при отсутствии или нехватке специалистов такие вопросы даже не возникали: в автономиях были рады учителям, врачам, агрономам, мелиораторам, токарям, авиаторам, связистам из России. Сегодня таких проблем нет, целых 13 упомянутых вузов, где в основном преподают свои, местные, кадры, обеспечивают республики специалистами. При этом, разумеется, возникают проблемы трудоустройства, карьерного роста. Естественный процесс, нормальные, в общем-то, проблемы, о которых и говорить-то не стоило бы. Однако, говорят, и все громче. Почему? Сложно ответить. Но один из ответов необходимо искать в герое нашей публикации. Когда человек, получивший образование и звания с помощью не местных специалистов, начинает забывать об этом, разделять людей на любящих и не любящих республику, своих и чужаков, немедленно следует цепная реакция родственников, соседей, учеников, у которых есть свои соседи, родственники, ученики. Рождается, крепнет могучее и опасное чувство действительно межнациональной отчужденности, а попросту говоря, национализма. Сегодня начинаем выяснять у кого больше, а у кого меньше вузов, завтра – какой процент руководящих должностей занимают пришлые... К чему это может привести и говорить не стоит. И едва ли это нужно для самого народа, даже и не подозревающего, что один из его лидеров преследует только личные цели, что им двигают не благие помыслы, боль за родной язык, культуру, а непомерные амбиции и жажда удержаться на высокой должности...».

       Воистину пророческие слова, написанные, напомним, ровно двадцать лет назад и, к сожалению, подтвержденные реальными событиями, имевшими место в нашей недавней и сегодняшней истории…

       Мы поведали лишь о малой части тем, поднятых собственным корреспондентом «Известий» по Северному Кавказу Али Казихановым в 1978–1993 годах, рассказали о его бескомпромиссности, принципиальности и твердости. А теперь вернемся к еще одной его ремарке, почерпнутой нами из публикации «Двухрублевое преступление»: «В процессе исследования этого обычного, и вместе с тем такого сложного дела, я задумался еще над таким вопросом: сыграла ли здесь какую-то роль профессия журналиста? И пришел к выводу – сыграла. Пресса в последнее время занимает видное место в течении общественных процессов. В целом люди относятся к ней с довольно большим доверием. Но по каким-то законам, еще до конца не расследованном, во всяком случае, для меня не ясным, доверие к прессе редко ассоциируется с доверием к собственно журналисту. Отдельному, конкретному журналисту люди как бы стремятся отомстить за то, что он занимает видную позицию, что он на виду у общественности. И в унижении журналиста многие видят средство собственного самоутверждения».

       Написано о другом человеке и по другому поводу, но как выяснилось впоследствии, и о себе. Игнорировать нового собкора республиканским властям было не с руки, но вот создавать (вернее не создавать) надлежащие условия для работы можно было без всяких для себя последствий. Больше года не предоставляли квартиру, с громадным трудом, несмотря на большую семью, выделили отдельное помещение под корпункт. Мало того, забывали пригласить на пленумы обкома партии и заседания Совета министров, категорически отказывали в знакомстве и изучении абсолютно несекретных документов… Искали соответствующий повод и нашли. Дело не в том конкретном случае, а связан он был опять же с обращением в корпункт реального человека за помощью, а в реакции на него, иезуитской логике власть предержащих. Когда желание помочь незаслуженно обвиненному человеку связали с личной заинтересованностью корреспондента.

       Когда долгая беседа в партийной комиссии обкома партии закончилась ничем, и корреспондент остался при своем мнении относительно взятого им под защиту человека, было высказано сожаление, что «зря в свое время не уличили Казиханова в ошибочности его критических выступлений», в ход пошли угрозы

Али рассмеялся и хлопнул дверью. Реакция последовала незамедлительно. Руководству газеты было тут же доложено, что собкор ведет себя непочтительно с местными партийными кадрами, более того, возомнил себя непогрешимым, уверенным, что он истина в последней инстанции. Дошел до того, что пытается защитить преступника, мешает работать, влияет на следствие…

       Редакция достойно отреагировала на тот клеветнический звонок. Но история только набирала обороты. В чем была ее суть? Только ли в том, что собкор защищал не того, попытался оспорить решение всесильной партийной комиссии? Это был только повод, а цель – дискредитировать журналиста, который вел себя не по понятиям партийной номенклатуры, выносил сор из избы.

       Знакомая тактика, не правда ли? Али Казиханов обращается к своему руководству, объясняет причину нападок, спрашивает совета: «Привычное дело для собкора – отбиваться, переживать. Переживать не из боязни: для этого нет повода. От бессилия. Льют грязь, а поделать ничего не можешь. Не можешь, ибо все делается не в открытую, а втихомолку. Фактов нет, но сплетнями пытаются создать общественное мнение. Это-то и раздражает. Не можешь сказать открыто подлецу – что он подлец. Так что же – сидеть вот так, и молчать?».

       Честный журналист неугоден в любом обществе, тем более в том, где все выстроено на личных знакомствах и родственных связях. Нападкам подвергся не рядовой работник пера, а признанный газетчик, автор сотен публикаций в центральной прессе. Пяти документально-публицистических книг, в том числе «Там, где кончается асфальт» (Махачкала, 1980), «Восхождение» (Нальчик, 1982). «В списках значатся» (Москва, 1987), «Двойным финтом» (Грозный, 1990), «Белая береза» (Нальчик, 1990), двух документальных фильмов, снятых в 1989 году на Северо-Кавказской студии документальных фильмов – «Паруса над Каспием» и «Что посеял Воскаков». Да к тому же  заслуженный работник культуры Российской Федерации, член Союза кинематографистов Кабардино-Балкарии.

       Но время стремительно менялось, страна вышла из подчинения партийных органов и сами эти органы оказались на обочине истории. Советский Союз приближался к своему крушению. Начиналась новая эпоха. Именно в те годы Али Казиханов организовал независимую региональную общественно-политическую газету «Северный Кавказ. В конце ноября 1990-го увидел свет первый номер региональной еженедельной газеты «Северный Кавказ». Читатель – главный и, пожалуй, единственный судья любого издания – оценил это начинание. «Северный Кавказ» постепенно, но верно наращивал тираж, приобретая доверие всё возрастающей аудитории.

       С 1993 года Али Казиханов непосредственно руководит изданием, число вышедших номеров которого приближается к тысячи. Газета «Северный Кавказ» – по сути единственное действительно региональное СМИ на юге России. В отличие от других, называющих себя таковыми, но не располагающими никакой творческой и технической базы в регионе, «Северный Кавказ» имеет 13 корреспондентских пунктов, находящихся в Ростове-на-Дону, Краснодаре, Сочи, Майкопе, Черкесске, Ставрополе, Владикавказе, Назрани, Грозном, Махачкале, Ереване, Баку и Тбилиси. В этих городах работают 17 собкоров.  За время своего существования газете удалось создать общее информационное поле Южного федерального округа, до этого объединённого лишь по географическому принципу. Казалось бы, отсутствие в регионе единого административного центра, который обеспечивает любую газету централизованной информацией, ставило «Северный Кавказ» в невыгодное положение по сравнению с другими изданиями. Но именно благодаря этому еженедельник сумел обрести подлинную независимость, возможность более свободно и раскованно освещать события и не замыкаться на внутренних проблемах.

       Сегодня в «Северном Кавказе» трудятся почти шестьдесят человек, 23 из которых журналисты. Творческий коллектив редакции идёт в ногу со временем, завоёвывая всё новую читательскую аудиторию. Сотрудники газеты создали официальный сайт издания в сети Интернет, что позволило не только наладить связь с собственными корпунктами, но и дало возможность оперативно информировать читателей о происходящих в стране и регионе политических, экономических и культурных событиях. Ежедневно интерент-страничку «Северного Кавказа» читают более 200 человек, в том числе жители Канады, США, Японии, Голландии, Израиля, Турции, Сирии,  Средней Азии.

       Одна из основных задач редактора газеты – расширение целевой аудитории. Сегодня она состоит в основном из людей с высшим и средним специальным образованием. Согласно статистическим исследованиям, проводимым изданием, газету читают предприниматели, сотрудники госучреждений, коммерческих фирм и военнослужащие. Ближайшая цель, которую ставит перед собой «Северный Кавказ», максимально охватить население отдалённых сельских районов Северо-Кавказского региона, и прежде всего – Дагестана, Чечни, Ингушетии. В отсутствии российской прогосударственной прессы они оказались практически в информационном вакууме, который немедленно был заполнен изданиями националистического и религиозного, большей частью ваххабистского, толка.

       «Северный Кавказ» – издание с огромным потенциалом, имеющее, ко всему прочему, и свою историю. Известно, что ещё в конце XIX начале XX века в Ставрополе выходила общественно-политическая газета с одноименным названием. Инициатором её создания выступил в 1884 году ставропольский краевед Г. Н. Прозрителев. В газете была широко представлена жизнь региона, печаталась информация о событиях в стране и за рубежом. Одно время ответственным секретарем издания работал основоположник осетинской словесности и литературного языка Коста Хетагуров. 

       Работа Али Казиханова на посту главного редактора  газеты «Северный Кавказ», достойно продолжающей и развивающей лучшие традиции отечественной журналистики, тема особого разговора. Руководимый им  бескомпромиссный и громкоголосый рупор регионального взаимопонимания  и согласия вот уже пятнадцать лет – номер за номером – вносит свой весомый вклад в дело формирования нерасторжимого единения народов новой России.

       Девяностые годы прошлого века – одни из самых непростых в истории современной России. Стремительный распад Советского Союза содействовал не только росту национального самосознания, но и желанию местных элит обрести полную независимость от центра, «наглотаться суверенитета» вдоволь дабы единолично вершить и править. Что грозило распадом великой страны, превращением ее в конгломерат мелких удельных княжеств ничего не значащих и не решающих на мировой арене. Бикфордовым шнуром, который должен был взорвать Россию изнутри, планировалось сделать Северный Кавказ, а подпалить этот шнур решили в Чечне. Так на долгие годы эта республика и весь регион в целом стали зоной нестабильности, конфликтов, гражданской войны по большому счету, влияющей на обстановку во всей стране.

       Какую позицию в этом вопросе должна была занять газета, объединяющая не только в своем названии, но и своей немалой читательской аудиторией огромный, многонациональный регион? Однозначного ответа нет, если бы во главе не оказался такой человек, как Али Казиханов. Истинный державник, подлинный патриот отечества, не декларирующий свои чувства, а пропагандирующий, целенаправленно, изо дня в день отстаивающий, понимающий – основой российской идеологии может быть только патриотизм. Потому что на сегодня в первую очередь именно им может прирастать российское могущество. В контексте ситуации девяностых годов прошлого века, такая позиция, такой подход, когда разговоры о духовности рассматривались многими в правящей верхушке как средство достижения определенных материальных благ, когда слово «патриот» несло если не ругательный, то уничижительный оттенок, нужна была немалая смелость, а к ней упорство, настойчивость, а то и самопожертвование, чтобы идти по этому пути. Более того – во главе издания, имеющего немалое влияние на северокавказскую общественность. Было всякое за эти год – угрозы, шантаж, желание поставить редактора  и сотрудников на место, отведенное им деструктивными силами. Вот лишь несколько эпизодов тех лет.

       …Многочисленные угрозы («Али, ты труп!»), вызванные тем, что газета неверно освещает события в Ингушетии. Подобные звонки поступали практически со всех республик.

       …Подметные письма, напичканные оскорблениями, выпадами, сообщениями о каре и бедах, которые вскоре постигнут редакцию.

       …Слежка, установленная за квартирой Казихановых, скрытая фотосъемка из автомашины ее местоположения. Для чего – можно только догадываться. А вот строчки из обращения редактора в правоохранительные органы: «В связи с регулярными антиваххабитскими выступлениями  газеты «Северный Кавказ», имеющими общественный резонанс на территории региона, а также отказом редакции напечатать обращение радикально настроенных мусульман, на редакцию в последнее время оказывается давление. Несколько раз неизвестные закидывали на балкон моей квартиры камни. Во дворе дома, в котором я проживаю, стали появляться подозрительные молодые люди. По ряду моментов стало ясно, что слежка установлена и за посетителями редакционного офиса. Прекрасно зная нравы радикально настроенной части мусульман, их методы «разборки» с теми, кто отказывается исполнять их желания, а также освещение нами событий в Чечне, Дагестане, Ингушетии, вызывающих ярость у бандитов, вышеизложенные вызывает определенное беспокойство».

       В контексте сказанного представляет особый интерес переписка, которую вела газета с теми, кто одно время стоял во главе руководства свободной и независимой Ичкерии и у кого позиция «Северного Кавказа» вызывала откровенную ненависть. Вот одно из таких посланий, подписанное дудаевским парламентарием: «Испокон веков наши народы, образно говоря, обречены на веки вечные пребывать в соседстве на Кавказской земле. И вряд ли сейчас есть необходимость заново перелистывать страницы нашего исторического братства. Однако, речь сегодня вовсе не о прошлом, а о настоящем, а именно: о враждебной информационной линии, с глобальной предвзятостью проводящейся на страницах газеты в адрес независимой Чеченской Республики, которая не смирилась с жизнью под гнетом имперского сапога. К великому сожалению, информационный терроризм «СК» во много раз превосходит масштабы античеченской кампании, которая грязным потоком льется со страниц самых оголтелых кремлевских СМИ.

       Почти в каждом номере «СК» можно  встретить информации, взятые «с потолка», состряпанные из оголтелой лжи и открытой неприязни к чеченскому народу и руководству ЧРИ, с постоянными ссылками на достоверные источники и безымянных псевдоавторов. Это самый дешевый ключ к открытию кладовой дополнительной наивной читательской аудитории.

       Должны заметить: данное официальное письмо – это не угроза коллективу «СК», однако, и не для пустой переписки. Главное, нам важно знать имена тех журналистов, которые торгуют своей честью и достоинством за цену, адекватную стоимости пачки сигарет. Вполне осознаем, что у работников «СК» существует статус редакционной тайны. Так пусть эта тайна еженедельно миной огорчения не взрывается в сердцах чеченских читателей…Ваша совесть – в ваших делах. Настоятельное требование к Вам: остановите беспредел голословных обвинений и лжи. В противном случае…».

       Вот такое предупреждение, которое просят считать не угрозой. А чем тогда? Товарищеским пожеланием? Газета не оставили это депутатское обращение без ответа. В редакционной статье главный редактор писал: «…Мы громогласно готовы признать свои ошибки, если Вы докажете, что в Чечне не воруют, не грабят, не убивают людей, а все это выдумки журналистов. Газета «Северный Кавказ» – не враг Вашей республике, как Вы хотите себе это внушить, но она – средство массовой информации, живущее по общепринятым законам своего цеха. Неоднократно «СК» обращался письменно к Президенту ЧРИ А. Масхадову, вице-премьеру ЧРИ М. Удугову с просьбами помочь открыть в Грозном корпункт газеты, подобрав для работы в нем опытных журналистов. Однако, ответа не дождались. Если власти ЧРИ не желают сотрудничать с газетой, которая в этом случае вынуждена пользоваться любыми способами, чтобы информировать читателя о происходящем в республике, требовать от нее иной информации неразумно и бесперспективно. Отношения между газетой (тем более, частной, независимой) и республикой – не могут складываться по принципу «подчиненный-начальник». …Газета не уклонялась и не уклоняется от ответственности перед читателями: ее, бывает, и судят, и штрафуют, и она выигрывает суды. Это нормальные правила общения. Ваше же несогласие, или же недовольство газетой, предполагает далеко не цивилизованное разбирательство. Убедительная просьба не пугать нас: кавказцам это не к лицу».

       Такой корректный ответ на некорректное, если не сказать больше, письмо. Тем не менее, несмотря на угрозы, провокации, финансовые проблемы редактор и возглавляемая им газета ни разу за свою пятнадцатилетнюю историю не изменила избранной позиции – точность, правдивость, достоверность.

       И все-таки подобная бескомпромиссность, хождение на протяжении долгих лет в прямом смысле по лезвию ножа должны были отразиться на судьбе главного редактора. Жизнь ударила там, где никто не ждал. И произошло это 13 декабря 2005 года, в день, когда Нальчик – самый мирный город региона подвергся нападению боевиков.

       …Когда тишину разорвали первые выстрелы, подумалось, что это мальчишки  забавляются дешевой пиротехникой. На них же грешили многие горожане, вслушиваясь уже в грохочущие автоматные очереди. Ибо никто – никто! – не мог поверить, что в город пришла беда. Но пришла не простая житейская беда – война!

       А потом, после неумолкающих звонков, когда все хотели дозвониться друг до друга, телефоны, захлебнувшись от людского волнения и боли, отключились. Их сменила нервная скороговорка дикторов теле- и радиоканалов, отнюдь не успокаивающих, а еще более накаляющих обстановку. Звучали знакомые до боли названия пригородных поселков и городских микрорайонов, улиц и объектов, к которым даже в страшном сне невозможно было применить военную терминологию – атаки, бои, штурм…

       А за ними фамилии погибших – незнаемых лично, но столь привычных слуху, таких знакомых памяти.

       И вдруг: как укол чем-то острым, как вспышка в темноте, как остановка сердца – близкое имя. Фамилия из повседневного общения, из товарищеского круга – Казиханов…

       Казиханов? Тамирлан, сын Али? Да нет, это ошибка. Этого не может быть! И одновременно холодящий, пронизывающий тело озноб, а с ним и потаенная, скребущая сердце – еще отгоняемая чувствами, но уже осознаваемая разумом –  мысль: произошло самое страшное, что есть в нашей жизни.

Чувство какой-то вины («пусть не моей, но все же, все же…») переполняло и знобило в те дни, да и много позднее не позволяло открыто взглянуть в глаза родных и близких Тамирлана; слова соболезнования казались надуманными и затертыми.

       Почему жизнь Тамирлана прервалась тем солнечным утром – не нам отвечать на этот вопрос, да и вряд ли возможен на него ответ. Но и в словах – «на все воля Аллаха», коими искренни утешали старших Казихановых сотни людей, он не содержится. Правда, суть истина в другом – Тамирлан не мог не оказаться там, где и встретил свой конец, не мог не поступить так, как поступил – до мгновения последнего выполнять свой не столько профессиональный, как человеческий долг. Потому что перед его глазами постоянно был пример его отца, потому что  творческая и житейская биография  Али складывалась на его глазах, потому что старший Казиханов постоянно был на линии огня. Той самой линии беспощадного огня, которую выбрал и Тамерлан.

       Молодой человек совершил поступок, ставящий его в один ряд с фронтовыми операторами. Помните эти беззвучные кадры идущих в атаку советских солдат – серые шинели, заслоняющие на мгновение объектив, спины раненых и убитых, дзот на высотке, брызжущий огнем и небо, бездонное небо, возникшее на мгновение. В то самое мгновение, когда камера выпала из рук сраженного оператора...

       Когда я смотрел последний фильм Тамирлана, это ощущение – временного разрыва, связавшего крепчайшими узами «сороковые роковые» и октябрь 2005 года – не покидало. Причем  Тамирлан совершал свой поступок не мгновение, ни секунду, а великое множество таких секунд – продолжительность второй части его последней видеозаписи превышает семь минут. Он исполнял свой долг фронтового корреспондента, несмотря на боль, кровь, смерть. Снятые им кадры войдут в телевизионную историю, как они уже вошли в историю нашего города.

       …Подобную трагедию – потерю детей родителями – невозможно пережить, время не властно над этой болью – с годами она не затушевывается, а лишь осознается еще острее. И работа здесь не спасение. Но именно она стала той отдушиной, которая помогла Али остаться в журналистском седле, продолжать Деятельность, направленную не просто на создание единого информационного пространства северокавказского региона, а на укрепление добрососедства кавказских народов,  воспитание уважения друг к другу, деятельного патриотизма, в конечном счете – на отстаивание целостности и интересов нашей многонациональной страны.

       К сожалению, в этой благородной деятельности Али Казиханов и поныне не снискал высоких российских наград, особых регалий. К званию «Заслуженный работник культуры Российской Федерации», присвоенному ему еще во времена Союза,  в 2003 году прибавилась почётная грамота Министерства РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовой коммуникации, а в 2006-м – орден Республики Ингушетия – «За большие заслуги в укреплении межнациональных отношений, обеспечении мира и согласия между народами Северного Кавказа».

       Эта формулировка своего рода квинтэссенция многолетней творческой деятельности одного из ведущих российских журналистов Али Магометовича Казиханова, творящего слово. Слово защищающее, объединяющее, созидающее.

© Издательство Марии и Виктора Котляровых 1999-2009